Что будет с российской экономикой после заключения мира с Украиной? Экономический климат страны изменится, но «как было» уже не будет — считает редакция спецпроектов «Делового Петербурга».

Журналисты в конце 2025 года провели исследование настроений бизнес-аудитории в кулуарах различных деловых мероприятий. Большинство предпринимателей надеются: когда и если мир будет заключен, страна вернется как минимум в лето 2021-го, отменят все санкции, что были наложены на РФ за последние четыре года. Однако это утопия — уверены опрошенные редакцией профессиональные экономисты. Эксперты настроены пессимистично и не рассчитывают ни на отмену сколько-нибудь значимых санкций, ни на рост экономики РФ.

Вместе с тем очевидно: полноценный мир резко улучшит ситуацию для целого ряда отраслей экономики. Авиакомпании получат прежние возможности полётов над территорией Евросоюза. Нефтяные корпорации без прежних издержек, теневых нюансов и условных ценовых потолков смогут продавать свою продукцию в Индию, Китай и другие страны. Начнётся бурное развитие сегментов инфраструктурного и промышленного строительства в южных регионах страны. Импульс развития получит и отрасль строительства жилых домов.

Выиграет и финансовая отрасль — независимо от сохранения или отмены санкций, — считают экономисты. — В течение года после заключения мира возможен возврат в Россию зарубежных платёжных систем VISA и Mastercard, а карты «МИР» могут начать принимать к оплате в Турции, Египте, Индии и Китае (но вряд ли – в Европе). Маловероятен возврат к открытию счетов в западных банках, даже если их головные офисы расположены в нейтральных странах.

Главные вызовы для российской экономики, с которыми столкнется страна после завершения СВО, оценил в своей авторской колонке в «ДП» Михаил Задорнов, экс-глава банка «Открытие», министр финансов РФ в 1997–1999 годах (приводим материал в сокращении —ред.)

— Основное не только этическое, но и экономическое последствие заключения мира — то, что здоровые молодые люди перестанут погибать во время военных действий. Это крайне важно для нашей страны, которая испытывает демографический спад и острый дефицит трудовых ресурсов, — подчеркивает Задорнов. — Но с окончанием СВО связаны и ещё два важных последствия для рынка труда, которые реализуются не сразу, а в течение 1,5–2 лет.

Во–первых, это возврат семей, уехавших в 2022–2023 годах за рубеж. Речь, вероятно, идет о сотнях тысяч людей. Их постепенный возврат окажет значительное влияние на экономику. Во–вторых, окончание конфликта будет означать дополнительный приток в страну иностранной неквалифицированной рабочей силы. Окончание боевых действий приведёт к резкому повышению конкурентоспособности трудового рынка России.

Второе прямое последствие завершения СВО, о котором мало говорится, — сокращение прямых экономических потерь. По словам автора колонки, отечественные НПЗ и нефтехранилища в прошлом году постоянно получали ущерб из-за атак дронов. По официальным данным правительства, летом–осенью 2025 года до 20% от совокупного объёма перерабатывающих мощностей страны так или иначе были выведены из строя. Компании из сферы нефтепереработки тратили значительные средства не только на ремонт пострадавшего оборудования, но и на усиление защиты того, что продолжает работать… Примеры НПЗ наиболее показательны, то же касается и морских экспортных терминалов.

Другая важная составляющая такого рода потерь — ситуация в Курской и Белгородской областях, где сосредоточены значительные мощности по переработке сельскохозяйственной продукции. Объём этой продукции исчисляется в сотнях миллиардов рублей. В последние годы в этих областях пришлось сократить посевы, там пострадали животноводство и пищевая промышленность. Эти потери исчисляются не в сотнях, а в десятках миллиардов рублей, но они тоже очень значимы.

Третье, чего мы ждём, — немедленное снижение транзакционных издержек, связанных в первую очередь с внешней торговлей, — поясняет экс-министр финансов. — Внешняя торговля товарами составляет у нас сейчас примерно 750 млрд долларов, ещё 150–200 млрд приходится на услуги — в первую очередь на туризм. Итого годовой оборот торговли составляет более $900 млрд. Осторожно предположу, что минимум 1,5% от этого оборота составляют издержки на совершение расчётов и выстраивание платёжных цепочек. Иными словами, ежегодные вменённые издержки российских компаний — 15–17 млрд долларов (боле триллиона рублей). Окончание СВО будет означать резкое сокращение и скорое исчезновение этих издержек.

Четвёртый момент — сокращение расходов на логистику. По окончании конфликта откроются внутрироссийские аэропорты в южных и западных регионах страны, быстро восстановится международное сообщение. Не нужно будет вкладываться в создание и поддержание обходных путей товарных потоков через Турцию, Армению, Казахстан, Киргизию. Логистические цепочки упростятся, это даст значимую экономию.

Пятый фактор — устранение неопределённости. Сейчас горизонт планирования и правительства, и компаний составляет год, но фактически многие корпорации пересматривают свои планы каждые 6 месяцев. Само по себе окончание боевых действий уже расширит горизонт планирования, — прогнозирует Задорнов. — Если речь пойдёт не о временном перемирии, построенном на вербальных договорённостях, а о заключении полноценного мирного соглашения, это позитивно повлияет на настроения руководителей и собственников бизнеса и сразу даст серьёзный импульс развитию экономики.

Шестое прямое последствие касается сокращения расходов бюджета. За прошедшие годы расходы бюджета на оборону увеличились на 3,5 процентного пункта ВВП. Очевидно, что одномоментно они не вернутся к прежним значениям, но можно ожидать сокращения расходов на уровне примерно 1,5 п.п. ВВП. Это будет означать не только сокращение дефицита бюджета, но и снятие угрозы дальнейшего повышения налогов и быструю нормализацию макроэкономической ситуации, что приведёт к снижению банковских ставок и издержек российского бизнеса.

На седьмое — последнее — место в своем прогнозе экономист поставил вероятную отмену санкций. Быстрой отмены не произойдёт — уверен Задорнов. — Главное, что окажет влияние, — не исчезновение действующих санкций, а отмена угрозы вторичных санкций на внешнеторговых партнёров России. А дальше начнётся очень постепенная отмена санкций — в первую очередь тех, что больше всего ограничивают экономические интересы самих западных стран.

Финансовые санкции, особенно против крупных банков, в обозримой перспективе не будут отменены — полагает эксперт. — Не будет восстановлен для наших банков и доступ к системе международных расчётов SWIFT. Но за эти четыре года ситуация изменилась: построены новые системы расчётов в рублях и юанях. Продолжают развиваться расчёты с использованием криптовалют. Издержки на осуществление международных транзакций серьёзно сократятся и без возврата к расчётам посредством SWIFT.

В целом, — резюмирует Михаил Задорнов, — заключение мирного соглашения выступит крайне значимым дезинфляционным фактором и будет способствовать снижению ключевой ставки и значительному росту экономики на фоне исчезновения целого ряда издержек военного времени.

Обзор материалов «ДП» подготовил Петр Кармазин